Колядки (По обе стороны двери)

В ночь перед Рождеством, снежным январьским вечером, в дверь раздаётся звонок.

– Кто? – вопрошаю привычно. В ответ – приглушённый железом бас:

– Поколядовать.

В дверном глазке предстаёт тусклый лестничный пейзаж в виде двух богатырей. Один стоит прямо напротив, в анфас, демонстрируя спортзальный торс. Второй – ближе, в полуметре от меня, и чуть левее, отчего слегка плывёт по глазковому циферблату, изящно завершая дизайн пространства.

Харьков. Ночь. Зима. Квартира. У квартиры два богатыря. В квартире молодая женщина и инвалид 1-ой группы в коляске. И ей – молодой женщине по ту сторону глазка – отчего-то становится вдруг невыносимо стыдно. Ей хочется быть спокойной и слегка ироничной, в тему пошутить и вручить людям сколько-то гривен. Ей хочется жить в мире, где люди открывают двери и поют (пусть и нестройно) колядки под Рождество. И ей очень не хочется, и никогда не хотелось, оказаться тем скрипуче-подозрительным существом, которое вообще способно общаться с кем-либо сквозь железную дверь.

Но при этом мне (а она – это, конечно же, я) было мучительно ясно, что, в случае чего, я не справлюсь с господином по ту сторону стены так же, как дверь уже не справляется с его басом. И разве правильно, что два бугая в спортивных костюмах поздним вечерком пришли поколядовать (в подъезд на кодовом замке), и вот теперь молча и терпеливо расплываются в круглой линзе, как в рыбьем глазу?

– Что-что? – переспрашиваю, не сразу распознав услышанное слово.

– Поколядовать, – вежливо повторяет ближний бугай. Дальний переступает с ноги на ногу. А я стою невидимая, и грущу. Потому что ощущаю себя частью чего-то такого, неправильного. Не-колядочного. Неизбежного. Потому что не открою. И правильно сделаю.

Затем едва успеваю отскочить от шустро мчащегося по коридору инвалидного кресла. Быстрее-соображающий член моей семьи, сразу сориентировавшись, уже спешил закрыть между нами ещё и вторую, внутреннюю, дверь. Так, на всякий случай. Успела сказать:

– Не надо, ребята! Извините.

А за что извините? За то, что не впустила незнакомцев? Или за то, что подумала о них самое худшее? Или даже за то, что не подумала о них худшее вовсе, и тем не менее перестраховалась, потому что – ну, мало ли что? Ни то, ни другое, ни третье не является преступлением против человечества.

А против человечности?

– Какая-то ты не местная, – сказал мне кто-то когда-то. Неместная. Неместо. Неместие. Обвинение. В чём? В неприспособленности? К чему? В «Огоньке» не так давно была славная статья о лохах. Но не в этом дело. По-настоящему страшно бывает всё-таки не тому, кто не-местный. А тому, кому не-местным оставаться всё сложнее.

 

Advertisements

And what say you?

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out / Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out / Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out / Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out / Change )

Connecting to %s